Юбер аллес - Страница 316

316

— Вот именно потому, что вы просили, — серьезно ответила девушка, снимая очки и встряхивая освобожденными из-под капюшона волосами. — Если мою почту перехватывают, они не ждали, что я воспользуюсь подземкой. Вообще-то я давно уже здесь. Но не решалась выйти, наблюдала через стекло. Мне показалось, за вами хвост.

— В самом деле? — улыбнулся Фридрих.

— Вы зря смеетесь, — сердито возразила Марта, извлекая из недр своей безразмерной куртки цифровой фотоаппарат; это была не плоская «мыльница», какими «Пентакон» и «Ляйка» завалили прилавки Райхсраума еще в конце восьмидесятых, а довольно дорогая модель с выдвижным объективом. — Вот, смотрите. Он дает увеличение до десяти раз, между прочим. Очень удобно — сразу и аппарат, и подзорная труба, — девушка повернула рычажок, переводя жидкокристаллический экранчик в режим воспроизведения. — Вот эта машина подъехала следом за вами и специально развернулась, чтобы припарковаться к вам поближе. Водитель остался сидеть внутри и все время посматривал в вашем направлении...

Ай да маленькая Марта, подумал Фридрих. Ее «маскировочный наряд», конечно, лишь привлекал к себе внимание, зато Лемке она «срисовала» практически профессионально. Снимки, правда, вышли нечеткими — сказывались и недостаток освещения, потребовавший использования большой выдержки, и съемка через грязное стекло станции подземки. И все же различить силуэт Лемке в салоне было вполне реально.

— Но сейчас он уехал, — закончила Марта. — Тем не менее, я думаю, лучше нам тут не задерживаться.

— Хорошо, поехали, — согласился Фридрих. Тронув машину с места, он сунул руку под куртку и на ощупь отправил Лемке короткое сообщение — две кодовых цифры, означавших «пока отбой, но быть в готовности». — Так что там у вас случилось?

— Ой, тут такое творится! — девушка мигом утратила горделиво-уверенный вид, с которым только что демонстрировала свои сыскные достижения. — Ночью начались аресты всех наших. Хорошо, что меня... — она запнулась, должно быть, в последний момент передумав называть имя, — успели предупредить по телефону. Я сегодня весь день кочую по улицам... Не знаю даже, где буду ночевать. Первая мысль была — в зал ожидания на вокзале, но ведь вокзалы они, наверное, взяли под контроль в первую очередь, а в гостинице надо предъявлять документы...

— Так, — оборвал этот поток Власов. — Прежде всего, успокойтесь. И расскажите по порядку то, что вам точно известно. Вы действительно уверены, что все ваши товарищи арестованы?

В принципе, подумал про себя Фридрих, такой вариант не исключен. ДГБ вполне мог устроить показательную акцию, особенно если в столице в ближайшие дни и впрямь что-то готовится. Но почему Никонов не предупредил об этом — даже в утреннем разговоре, состоявшемся уже после ночных арестов? Не знал — или не захотел?

— Нну... я не знаю точно, все или не все... — неуверенно протянула меж тем Марта. — Я позвонила Игорю, его жена сказала, что его забрали... и мать Ильи сказала то же... у Вадика никто не брал трубку... честно говоря, я испугалась обзванивать остальных. Тем более что эти две говорили со мной таким тоном... дескать, все из-за тебя и твоих дружков... — девушка поморщилась от неприятного воспоминания; вероятно, в оригинале выражения были еще более резкими. — Да и я знаю телефоны далеко не всех. Но, знаете ли, на розыгрыш это в любом случае не похоже. Такими вещами не шутят, по крайней мере, у нас.

— Я не имею в виду розыгрыш, — ответил Фридрих. — Хотя и такое бывает. Просто «забрали» еще не означает арест. Их могли вызвать для дачи показаний или для профилактической беседы. Обычно, правда, в таких случаях просто шлют повестку, но, возможно, в ком-то взыграло служебное рвение... Еще бывает такая штука, как превентивное задержание, на несколько часов или, максимум, дней. ДГБ применяет такое, когда хочет предотвратить какую-нибудь громкую несанкционированную акцию. Если ваши товарищи планировали что-то подобное — скажем, протесты против визита какой-нибудь важной шишки из Райха — то это вполне вероятно.

— Да вроде нет, — пожала плечами Марта, и Фридрих, внимательно наблюдавший за ее лицом, сделал вывод, что она не лжет. — Во всяком случае, мне о таком не говорили.

— Ну если нет, тогда, возможно, с ними уже побеседовали и выпустили. На вашем месте я бы позвонил сейчас и проверил. Для начала — кому-нибудь из рядовых членов движения, их отпускают раньше других.

— Думаете? — она покосилась на Власова с сомнением.

— Едва ли сам этот звонок повредит вам или ему. Поинтересоваться «как дела» — это не нарушение закона. А иначе откуда мы узнаем, насколько все серьезно?

— Вообще-то я... оставила свой целлен, — призналась Марта слегка смущенно. — Я слышала, что по ним можно определить местоположение...

— Можете воспользоваться моим, — любезно предложил Фридрих, протягивая трубку. При этом он, конечно, не забыл активизировать режим записи звонка.

Марта без дальнейших колебаний набрала номер.

— Алё, Вадик? Ты дома? Ой, как я рада! — защебетала она по-русски. — А я думала, тебя... Да? И что им было нужно? Не может быть! Да они врут! Ну и что, что фотографии? Их подделать в том же «Фотоверке»... Нет!

К концу разговора радость Марты, обнаружившей, что неведомый Вадик дома, а не в подвалах здания на площади Освобождения, полностью улетучилась. Девушка с самым мрачным видом молча вернула целленхёрер Фридриху.

— Так что там с вашими друзьями? — прервал тягостное молчание Власов.

— Вы правы — пока это был только допрос. Во всяком случае, Вадима отпустили под подписку о невыезде... Они говорят ужасные вещи. Что Андрей, ну, один из наших... что он — преступник, сообщник бандитов, торгующих тяжелыми наркотиками, и что этой ночью его убили в Бурге на rasborke. Теперь они проверяют всех, кто был с ним как-то связан... Ведь это же неправда? Они сами его убили, а списывают на бандитов!

316