Юбер аллес - Страница 153

153

— Благодарю за разрешение. Вообще, хочу как-нибудь посидеть, поговорить с вами... и с вашей знакомой, разумеется, — он, наконец, соизволил заметить фрау Галле и слегка на неё покосился. — И про историю, и про современность. Может, поужинаем втроём? Поболтаем?

— Господин Власов очень занят, — сказала фрау Галле на плохом английском.

Несмотря на попытку произнести эти слова спокойно и сухо, едва заметное дрожание голоса выдавало её состояние: похоже, Франциска была готова расплакаться.

Майк оставил её слова без внимания.

— Найдите для меня немного времени, — снова обратился он к Власову, — и мы...

— Теперь уже вы делаете ту ошибку, в которой только что уличали меня, — не без удовольствия сообщил Фридрих американцу. — Вы совершенно напрасно обидели госпожу Галле невниманием. Я не требую от вас извинений, поскольку понимаю, что причина подобного поведения — недостаток общей культуры, свойственный вашей стране, а не сознательное желание оскорбить женщину. Но продолжать разговор не имеет смысла. Мы уезжаем. — Не дожидаясь ответа американца, он открыл перед фрау Галле дверцу BMW.

Та поспешно села, бросив на Власова короткий благодарный взгляд.

— Ещё встретимся! — кинул в пространство Майк как ни в чём не бывало.

Обратно ехали в молчании. Фрау Галле, что называется, дулась — то есть всем своим видом показывала, что она недовольна, обижена и нуждается в утешении. Власов прекрасно понимал, чего она от него ждёт — но не собирался отвечать этим ожиданиям. Хотя бы потому, что у него были дела поважнее.

Ведя машину, Фридрих думал о нескольких вещах сразу.

Первое, что его занимало — это происшествие, послужившее причиной досрочного окончания встречи. «Наш друг умер». Власов готов был поставить свой «зонненбранд» против кухонного ножика, что смерть была крайне неожиданной и отнюдь не естественной. Вполне возможно, такой же звоночек последовал и за смертью Вебера? Не слишком ли велика смертность среди посетителей этой комнатёнки? Разумеется, сами эти люди ничего собой не представляют — но кто знает, кто и как их использует втёмную? В любом случае, нужно как можно скорее получить информацию о том, что это за «друг» и что такое с ним стряслось.

Далее, американец. Понятно, что никакой книги он не пишет — это обычная выдумка. Ему нужен он, Власов. Почему? В общем-то, и это понятно. Журналист, конечно, думает, что Власов — агент спецслужб, российских или германских, прикомандированный к фрау Галле и её контролирующий. У американцев есть правило: во всех случаях вести дела с боссом, а не с его людьми, поскольку они ничего не решают. Рональдс, судя по всему, принимает Власова именно за босса — и поэтому мало интересуется самой Франциской, за которой ещё недавно охотился. Вроде бы логично. Непонятно одно: на что он рассчитывает и чего, собственно, хочет? Сенсационного репортажа? О чём? О российских или дойчских спецслужбах? Вряд ли он столь наивен, что надеется на какую-то информацию по этой теме от человека, которого он принимает за их агента (и небезосновательно). Хотя... почему нет? В западных странах агенты спецслужб охотно идут на сотрудничество с журналистами, и даже не всегда за деньги. Разумеется, никто не раскрывает перед ними сколько-нибудь серьёзных секретов. Но, скажем, дать некие намёки, за которые никто персонально не отвечает... «Наш источник, близкий к правительственным кругам, считает». «Независимый эксперт в частном порядке сообщил нашему корреспонденту». Может быть, что-то вроде этого? Вряд ли, не похоже... Впрочем, всё это имеет смысл только в том случае, если Рональдс — действительно журналист и только журналист. А если нет? А если он работает на какую-нибудь из американских разведок — благо, выбор велик? Профессионал или случайно завербованная серая мышка? Пожалуй, он может быть и профи. А если и этот тип каким-то образом запутан в историю с Вебером? Не исключено, ничего не исключено... И что делать? Идти на контакт? Это требует времени, а у него его мало. Или это чей-то отвлекающий маневр? Слишком сложно. В конце концов, есть самое простое объяснение: журналист не знает, что предпринять дальше, и поэтому действует наобум. Франциску он упустил. Теперь ему надо за что-то зацепиться, чтобы представить начальству хоть какой-то материал... Или всё-таки за этим стоит нечто большее?

Наконец, самое неожиданное: найденный в ванной целленхёрер. Всё-таки: кому мог принадлежать телефон? Помнится, Игорь проявлял странную осведомлённость в вопросе о штрике? А может быть, этот Юрий? Кажется, он достаточно вспыльчив, чтобы со всей силой шандарахнуть трубкой о пол ванной. Нет, непохоже: парень явно не из того теста: А может быть... Нет, гадать бесполезно. А вот почему владелец телефона его разбил — только ли это простая злость? И не связано ли это с гибелью неизвестного друга? Связь может быть самая прямая...

Интерес представляла и ситуация на том конце трубки. Похоже, русские полицейские правы — дела Спаде идут плохо. Он нервничает и делает ошибки. В том числе самые примитивные. Например, оставляет запись своего голоса на автоответчике. И ещё — дуфан вынужден лично звонить и требовать денег. Нет, Спаде явно не на подъеме. И наверняка уже нашлось немало желающих толкнуть падающего...

Фрау Галле кашлянула, пытаясь привлечь внимание мужчины. Власов сделал вид, что напряжённо всматривается вдаль.

— Власов! Я, кажется, к вам обращаюсь! — возмутилась фрау Галле.

— Вы ничего мне не говорили, а я не хотел нарушать ваш покой, — недовольно ответил Власов.

153